С любым человеком могут приключиться неприятности разной степени тяжести. Никто не застрахован от ушибов, переломов, падений и других травм.

Риск получить травму меняется на протяжении жизни. Маленький ребенок чаще падает дома, может обжечься или случайно проглотить опасный предмет. Позже появляются детские площадки, велосипед, спорт, дорога и все больше самостоятельности. В подростковом возрасте возрастает роль транспортных происшествий и отравлений. В пожилом возрасте одной из основных причин травм снова становятся падения.

При аутизме к обычным возрастным рискам могут добавляться особенности коммуникации, внимания, двигательного развития, обработки сенсорной информации и сопутствующие состояния. Но из этого не следует, что у всех аутичных людей выше риск любых травм.

В медицинской статистике используется термин «непреднамеренные травмы». Так называют травмы, которые возникают не из-за намеренного причинения вреда себе или другому человеку, а случайно. К ним относятся падения, ожоги, отравления, транспортные происшествия, утопления и другие несчастные случаи. Именно о них пойдет речь в этой статье. Самоповреждение, суицидальное поведение и насилие требуют отдельного разговора.

Так выше ли риск травм при РАС? Короткого ответа на этот вопрос нет. Общие показатели в исследованиях различаются. Но есть конкретные ситуации, которые действительно требуют особого внимания.

Как меняется риск травм с возрастом и что известно о людях с РАС

Первые годы жизни

Маленький ребенок активно исследует окружающий мир, но еще не умеет оценивать высоту, скорость, глубину воды и последствия собственных действий. При этом двигательные возможности развиваются очень быстро. Ребенок начинает ходить, бегать, карабкаться на мебель, передвигать стул, открывать шкафы и двери. Предметы, которые еще несколько месяцев назад были недоступны, внезапно оказываются в зоне досягаемости.

Поэтому в раннем возрасте особенно распространены падения, ожоги, случайные отравления, проглатывание мелких предметов и происшествия в воде. При этом меры безопасности необходимо пересматривать по мере того, как ребенок осваивает новые навыки [1, 2]. Недостаточно однажды поставить заглушки на розетки и считать дом безопасным. Ребенок, который вчера не мог открыть дверь, завтра научится поворачивать ручку. Тот, кто недавно только начал ходить, вскоре сможет придвинуть стул к окну или добраться до верхней полки.

У аутичных дошкольников общая картина статистики травматизма оказалась не настолько сильно отличающейся от других детей, как можно было бы ожидать.

В 2018 году Кэролин Ди Джузеппе и коллеги проанализировали данные американского проекта SEED. В исследовании участвовали дети в возрасте от 30 до 68 месяцев. Травмы, потребовавшие медицинской помощи, были зарегистрированы у 32,3% детей с РАС и у 30,2% детей из общей популяции. После учета состояния здоровья, интеллектуального развития, поведения и социально-демографических факторов существенного различия между этими группами не осталось [6].

Наиболее распространенным механизмом травм в обеих группах были падения. Структура повреждений тоже оказалась похожей: часто встречались раны, переломы и травмы головы [6]. При этом на риск травм влияли и сопутствующие состояния, в частности наличие СДВГ. После их учета различия между детьми с РАС и другими детьми существенно уменьшались.

Школьный возраст

По мере взросления пространство жизни расширяется, появляются школа, детские площадки, спортивные секции, велосипед, самокат и прогулки, уменьшается контроль взрослых. Падения по-прежнему остаются распространенной причиной травм, но к ним добавляются спортивные травмы, столкновения во время подвижных игр, транспортные происшествия, травмы при езде на велосипеде и самокате и т п [1, 2].

В этом возрасте взрослый уже не может контролировать все потенциальные риски в окружении ребенка или постоянно держать его за руку. Значительную роль начинает играть развитие самоконтроля и базовых навыков безопасности. Ребенку нужно учиться останавливаться перед дорогой, пользоваться защитным оборудованием, соблюдать правила на спортивной площадке, сообщать о боли и обращаться за помощью.

Интересные данные дает крупное исследование Анжали Джайн и коллег. Авторы изучили страховую информацию о 33 565 детях и молодых людях с РАС и 138 876 участниках без РАС в возрасте до 21 года. Без учета других факторов риск травм в группе РАС был примерно на 12% выше. После учета демографических различий эта разница стала минимальной. Когда исследователи добавили в модель эпилепсию, депрессию, нарушения внимания, зрения и другие сопутствующие состояния, общий риск в группе РАС оказался даже ниже [7].

С возрастом картина тоже менялась. У аутичных детей от трех до пяти лет риск травм был выше. В возрасте от шести до десяти лет существенного различия не обнаружили, а среди участников от 11 до 20 лет зарегистрированный риск оказался ниже [7]. Это конечно же не означает, что аутизм защищает подростка от травм. Возможное объяснение связано с уровнем самостоятельности и количеством контактов с опасными ситуациями. Ребенок или подросток, которого чаще сопровождают взрослые, который меньше передвигается самостоятельно или не участвует в некоторых видах активности, реже сталкивается с соответствующими рисками.

Подростковый возраст

Подростки больше времени проводят без взрослых, самостоятельно передвигаются по городу и участвуют в интенсивных спортивных занятиях. Позже появляются возможности вождения автомобиля, работы и значительно более широкий круг самостоятельных решений.

Тинейджеры в среднем чаще принимают импульсивные решения и сильнее поддаются влиянию сверстников. В экспериментальном исследовании подростки и молодые люди принимали более рискованные решения в присутствии ровесников, чем когда выполняли те же задания одни. У взрослых влияние группы было значительно слабее [4].

По данным Национального центра статистики здравоохранения США, в 2024 году непреднамеренные травмы оставались ведущей причиной смерти в возрасте от 10 до 19 лет. При этом смертность в результате автомобильных происшествий среди подростков 15-19 лет в шесть раз выше, чем среди детей 10-14 лет. В старшей возрастной группе так же значительно возрастает и смертность в результате отравлений [3].

Подросткам приходится чаще принимать решения самостоятельно, иногда быстро и еще и под влиянием группы. Поэтому с возрастом риск начинает зависеть уже не только от того, понимает ли человек правила безопасности, но и от того, способен ли он применить их в реальной ситуации.

Американское исследование обращений в отделения экстренной помощи показало, что среди детей и молодых людей с РАС более четверти обращений были связаны с травмами. Однако по сравнению со сверстниками без РАС и интеллектуальных нарушений травмы среди обращений встречались реже. А по сравнению с молодыми людьми с интеллектуальными нарушениями без РАС, наоборот, чаще [8].

Важно, что исследование оценивало не вероятность получить травму вообще, а причины обращений в отделения экстренной помощи. Поэтому по этим данным нельзя сделать простой вывод, что аутичные дети травмируются чаще или реже.

В целом исследования показывают более сложную картину: риск зависит от возраста, сопутствующих нарушений, самостоятельности человека и конкретного вида травмы. Поэтому гораздо полезнее обсуждать не «травматизм при аутизме» вообще, а ситуации, в которых риск действительно повышен.

Взрослый возраст

Во взрослом возрасте риск в большей степени определяется образом жизни. Значение имеют профессия, вождение автомобиля, спорт, состояние здоровья, бытовая среда и уровень самостоятельности. Люди, которые ежедневно водят машину или работают с оборудованием, сталкиваются с одними опасностями. Те, кто редко выходит из дома и постоянно находится с сопровождающим, с другими.

Исследований физических травм у аутичных взрослых пока немного. В одном из наиболее крупных исследований были проанализированы обращения людей от 22 до 64 лет в отделения экстренной помощи с 2006 по 2011 год. Травмы составляли 24% обращений среди взрослых с РАС и 28% среди сопоставимой группы без РАС [9].

Но эти цифры не показывают, у какой группы выше риск получить травму в повседневной жизни. Исследователи анализировали только людей, которые уже обратились за экстренной медицинской помощью.

Этот пример хорошо показывает, почему статистику травм нужно читать внимательно. Один показатель описывает долю травм среди обращений, другой количество пострадавших, третий госпитализации, четвертый смертность. Это разные данные, и сравнивать их напрямую нельзя.

Пожилой возраст

В пожилом возрасте риск травм прежде всего связан с повышенным риском падений.

В 2020 году около 14 миллионов американцев старше 65 лет, то есть более четверти этой возрастной группы, сообщили хотя бы об одном падении за предыдущий год. В 2021 году почти 39 тысяч пожилых людей в США умерли в результате непреднамеренных падений [5].

Причинами являются снижение мышечной силы, изменения походки и равновесия, ухудшение зрения, сердечно-сосудистые заболевания, некоторые лекарства и домашние условия [19].

Об аутичных людях старшего возраста известно значительно меньше. Систематический обзор 2026 года показал, что большинство исследований старения при аутизме включали взрослых без интеллектуальных нарушений. Поэтому результаты нельзя распространять на всех людей с аутизмом [18].

Пока специальных данных недостаточно, остаются актуальными общие подходы к профилактике падений: оценка походки и равновесия, зрения, лекарств, сердечно-сосудистого состояния и домашней среды, а также упражнения на силу и баланс [19].

Один и тот же механизм травмы может иметь совершенно разные причины в три года, пятнадцать и восемьдесят лет. Поэтому профилактика должна учитывать не только диагноз, но и возраст, состояние здоровья и реальную самостоятельность человека.

Где риск действительно выше

Даже если общий риск травм оказывается сопоставимым, отдельные виды происшествий при РАС могут встречаться непропорционально часто. Эти данные касаются прежде всего происшествий на воде, убегания из безопасного пространства, ситуаций, когда ребенок потерялся, и отравлений.

Происшествия на воде

В исследовании, основанном на национальной базе американских отделений экстренной помощи за 2016-2020 годы, диагноз РАС был связан с более чем двукратным увеличением шансов обращения по поводу непреднамеренного утопления. Среди аутичных детей после такого происшествия госпитализация потребовалась 35,1%, по сравнению с 22% детей без РАС [11].

В медицине утоплением называют не только смерть в воде. Это ситуация, при которой после погружения возникает нарушение дыхания. Человек может погибнуть, получить тяжелые последствия или полностью восстановиться.

Возрастная картина тоже различалась. Среди детей без РАС большинство таких происшествий приходилось на раннее детство. В группе РАС 43% обращений были связаны с детьми старше десяти лет, по сравнению с 18% в группе без РАС [11].

Это значит, что безопасность на воде при аутизме нельзя считать только проблемой дошкольного возраста. Риск может сохраняться и в школьные годы, и в подростковом возрасте.

Убегание и ситуации, когда ребенок теряется

В англоязычных публикациях используются термины elopement и wandering. По-русски речь идет об убегании из безопасного пространства или ситуации, когда ребенок незаметно уходит из поля зрения взрослого и теряется.

В исследовании 2012 года участвовали семьи 1218 аутичных детей. Почти половина родителей сообщила, что ребенок хотя бы раз после четырех лет пытался убежать из безопасного пространства. В 26% случаев ребенок отсутствовал достаточно долго, чтобы семья серьезно беспокоилась. Среди тех, кто потерялся, 65% оказывались в опасной ситуации рядом с транспортом, а 24% в опасной ситуации возле воды [12].

Эти цифры нельзя автоматически переносить на всех аутичных детей. Исследование проводилось через добровольный интернет-регистр, поэтому в нем могли чаще участвовать семьи, для которых эта проблема была особенно актуальна. Но более поздние исследования подтвердили, что убегание имеет значительную распространенность и связано с реальными рисками.

В исследовании SEED 2025 года участвовали 648 маленьких детей с РАС. Родители 59% сообщили, что ребенок иногда или часто убегал. Серьезная травма, потребовавшая обращения в отделение экстренной помощи или госпитализации, происходила у 27% детей [13].

При этом связь между убеганием и травмами была неодинаковой в разных подгруппах. Авторы разделяли детей по наличию выраженной задержки в развитии, которую определяли с помощью стандартизированной оценки. Среди детей с такой задержкой серьезные травмы отмечались у 30% тех, кто иногда или часто убегал, и у 18% тех, кто не убегал. Среди детей без выраженной задержки в развитии статистически значимой связи не обнаружили [13]. Также среди детей из первой группы риск травм был выше у тех, чьи адаптивные навыки были относительно лучше. Одно из возможных объяснений состоит в том, что более самостоятельный ребенок получает больше возможностей исследовать среду и сталкиваться с потенциально опасными ситуациями [13].

Важно уточнить: в этом исследовании не оценивали участие ребенка в программах раннего вмешательства. Авторы изучали особенности развития, уровень адаптивных навыков и их связь с убеганием.

Отравления

В исследовании национальной базы отделений экстренной помощи США за 2016-2018 годы шансы обращения по поводу отравления среди детей с РАС были на 59% выше, чем среди детей без РАС. Наиболее выраженная разница отмечалась в возрасте от пяти до девяти лет [10].

Почти три четверти таких обращений были связаны с лекарственными препаратами. Особенно часто фигурировали психотропные и противоэпилептические средства [10].

Но эти данные нужно интерпретировать осторожно. Исследование включало отравления с разным установленным или неустановленным намерением. Только 36,5% случаев в группе РАС были закодированы как непреднамеренные, 16,6% как преднамеренные, а в 47% случаев намерение определить не удалось [10].

Поэтому нельзя считать все зарегистрированные отравления случайными. Но исследование показывает, что безопасное хранение лекарств особенно важно для семей, где ребенок получает несколько препаратов или может самостоятельно открыть упаковку.

Падения и переломы

Падения являются одной из самых распространенных причин травм у детей вообще. Они часто встречаются и при РАС, но крупные исследования не показывают такого же устойчивого повышения риска, как в случае утопления или отравлений [6-8].

Это может показаться неожиданным, поскольку у многих аутичных детей есть трудности координации, равновесия и двигательного планирования. Но двигательные трудности сами по себе не определяют риск травмы. Человек может иметь выраженные нарушения равновесия, но редко оставаться без сопровождения. Другой может обладать хорошими двигательными навыками, много заниматься спортом, самостоятельно передвигаться и значительно чаще сталкиваться с потенциально опасными ситуациями. Вероятность оказаться в опасной ситуации иногда влияет на риск не меньше, чем способность с ней справиться.

Почему риск различается

Самостоятельность дает человеку больше возможностей, но одновременно увеличивает количество ситуаций, в которых он должен сам заметить опасность и принять решение.

Ребенок, который пока не умеет открывать дверь, не может самостоятельно выйти на улицу. Когда этот навык появляется, возможности ребенка становятся шире, но возникает и новый риск. То же происходит с велосипедом, общественным транспортом, самостоятельными прогулками, готовкой и приемом лекарств.

Поэтому более низкий показатель некоторых травм не всегда означает лучшие навыки безопасности. Иногда он отражает меньшую самостоятельность и более постоянный контроль взрослых. И наоборот, рост самостоятельности может временно увеличить риск.

Задача профилактики не в том, чтобы остановить развитие самостоятельности. Навыки безопасности должны осваиваться вместе с ней.

Сопутствующие состояния

Одним из наиболее важных выводов крупных исследований стало то, насколько сильно статистика меняется после учета сопутствующих состояний, которые могут быть у ребенка. Особое значение имеют эпилепсия, нарушения внимания (СДВГ), зрения, сна и некоторые психические расстройства [6, 7].

Вместо общего вопроса «повышает ли аутизм риск травмы?» полезнее выяснить, есть ли у человека эпилепсия; насколько устойчиво его внимание; как он видит; может ли он сообщить о боли или головокружении; есть ли выраженная импульсивность; какие лекарства он принимает; как он спит; при каких обстоятельствах раньше происходили травмы.

В исследовании утоплений эпилепсия также была важным фактором риска. Сочетание РАС и эпилепсии требует особенно внимательного отношения к безопасности возле воды [11].

Коммуникация

Коммуникация влияет на безопасность гораздо шире, чем способность понять словесную инструкцию. Человеку нужно иметь возможность сообщить: «Стоп», «Больно», «Помоги», «Мне плохо», «Я не понимаю», «Я потерялся», «Хочу уйти», «Не могу встать».

Для человека, который не пользуется речью, эти функции могут обеспечиваться жестами, изображениями, коммуникатором или другими средствами альтернативной и дополнительной коммуникации.

Отсутствие речи не означает отсутствия понимания опасности. И наоборот, свободная речь не гарантирует, что человек сможет быстро оценить ситуацию, обратиться к незнакомому взрослому или точно объяснить, что произошло.

Оценивать нужно конкретные навыки конкретного человека.

Почему ребенок убегает

Убегание не всегда является бесцельным. Ребенок может стремиться к воде, качелям, поездам или другому объекту интереса. Может пытаться уйти от шума, сложного задания или неприятного прикосновения. Иногда он ищет знакомое место или определенную активность.

Поэтому просто один дополнительный замок не решает всю проблему. Физическая защита необходима, если существует непосредственная опасность. Но параллельно нужно понять, в чем причина убегания, и научить его более безопасному способу сообщить о своей потребности.

Если ребенок выбегает из помещения, потому что хочет на площадку, его можно учить просить о прогулке. Если причиной становится шум, нужен доступный способ попросить перерыв или перейти в более спокойное место. Если человека привлекает вода, необходимы одновременно ограничение доступа, обучение правилам выхода из дома и навыки безопасности на воде.

Существуют программы, в которых сначала пытаются понять, почему ребенок убегает, а затем обучают его более безопасному способу получить желаемое или отказаться от неприятной ситуации. Например, если ребенок убегает, чтобы получить доступ к определенному месту или занятию, его могут учить просить об этом доступным ему способом.

Одна из таких программ изучалась в небольшом пилотном рандомизированном исследовании с участием 24 детей с РАС. Исследователи оценивали, можно ли проводить такое вмешательство по единому протоколу. Результаты выглядят перспективными, но 24 участника недостаточно, чтобы утверждать, что программа доказанно снижает риск убегания или подходит всем детям [15].

Обработка сенсорной информации

Особенности обработки сенсорной информации могут влиять на безопасность, но у разных людей это происходит по-разному. Одних детей особенно привлекает вода. Другие ее избегают. Кто-то слабее реагирует на боль или определенные сигналы среды. Другой человек настолько чувствителен к шуму, свету или прикосновению, что пытается немедленно покинуть место или избежать определенной ситуации.

В небольшом исследовании с участием 37 аутичных детей от пяти до девяти лет ученые оценивали навыки безопасности на воде и особенности обработки сенсорной информации. Оказалось, что дети различались по тому, насколько уверенно они чувствовали себя в воде и какими навыками безопасности владели. Эти различия были связаны как с некоторыми особенностями сенсорной обработки, так и с предыдущим опытом занятий в воде [16].

Например, для одного ребенка трудностью может быть само погружение в воду или ощущение воды на лице, а другого, наоборот, вода может настолько привлекать, что он будет стремиться войти в нее, не оценивая опасность. Поэтому обучение безопасности на воде не должно ограничиваться только обучением плаванию. Важно учитывать реакцию конкретного ребенка на воду, уже имеющиеся навыки и то, чему именно его необходимо научить.

Двигательные особенности

У некоторых аутичных детей встречаются трудности с равновесием, координацией движений, двигательным планированием и скоростью реакции. В определенных ситуациях это может увеличивать риск падения или затруднять быструю реакцию на опасность.

Но наличие двигательных трудностей само по себе еще не означает, что ребенок будет чаще получать травмы. Риск зависит и от того, чем он занимается, насколько самостоятельно передвигается, в какой среде находится и какая поддержка ему доступна. Поэтому оценивать двигательные навыки имеет смысл применительно к конкретным ситуациям: лестнице, детской площадке, велосипеду, спортивным занятиям, дороге или воде.

Что можно сделать

Обсуждение травматизма при аутизме легко превращается в перечень рисков и угроз. Но семье нужен не еще один повод для тревоги, а понятный план действий.

Необходимо разбирать конкретные риски конкретного человека. Полезно выяснить, какие травмы уже происходили; были ли эпизоды убегания; интересуется ли ребенок водой; может ли самостоятельно открыть входную дверь; понимает ли правила дорожного движения; ездит ли на велосипеде; есть ли эпилепсия или СДВГ; может ли сообщить о боли; знает ли свой адрес; что он сделает, если потеряется; какие лекарства доступны ему дома и многое другое.

Такой разбор дает намного больше информации, полезной для выработки плана безопасности, чем формальное описание «тяжести аутизма».

Безопасность дома

Многие меры профилактики одинаковы для всех маленьких детей: безопасное хранение лекарств и бытовой химии, ограничение доступа к окнам, горячим поверхностям, воде и мелким предметам.

При РАС могут потребоваться дополнительные меры, если ребенок способен незаметно выйти из дома, имеет выраженный интерес к опасному объекту или не может быстро сообщить о проблеме. Так, например, в исследовании семей аутичных детей наиболее распространенной мерой профилактики убегания были дополнительные замки, расположенные высоко на дверях [14].

Дверные сигнализации, замки и другие технические средства могут быть необходимы. Но это дополнительная защита, а не замена обучения. Систему безопасности нужно регулярно пересматривать. Меры, подходящие трехлетнему ребенку, не должны автоматически сохраняться без изменений до подросткового возраста.

Вода

Обучение плаванию имеет особое значение. Но способность проплыть определенное расстояние и безопасность на воде не одно и то же. Человеку нужно уметь войти и выйти из воды, удерживаться на поверхности, перевернуться, двигаться к бортику, реагировать на инструкцию остановиться и находить безопасный выход.

После пятидневной адаптированной программы iCan Swim у 86 детей и подростков с РАС улучшились плавательные навыки. При этом многим требовалось дальнейшее обучение [17].

Такие результаты не доказывают, что короткий курс предотвращает утопление. Навыки нужно поддерживать, переносить в разные условия и сочетать с постоянным наблюдением взрослых. Даже хорошо плавающий человек может оказаться в опасности из-за судорожного приступа, усталости, паники, течения или неожиданного падения в воду.

Убегание и ситуации, когда человек теряется

Общий совет «лучше следите» мало помогает семье, которая живет под угрозой постоянного риска убегания. Конкретный план безопасности может включать защиту дверей и окон, сигнализацию, актуальную фотографию ребенка, которую можно быстро передать спасателям, идентификационные данные в кармане или на браслете, информацию для школы, родственников и других сопровождающих, а при необходимости электронные средства определения местоположения.

Но физические меры нужно сочетать с обучением коммуникации и пониманием причины убегания. Человек должен иметь доступный способ попросить о прогулке, сообщить о перегрузке, отказаться от задания или попросить перейти в другое место.

Важно заранее решить, кто и что делает, если ребенок потерялся: где его будут искать сначала, какие места его особенно привлекают, кто звонит в экстренные службы и какую информацию нужно сразу сообщить.

Отравления

Лекарства, бытовая химия и другие потенциально опасные вещества должны храниться с учетом реальных навыков человека, а не только его возраста.

Если ребенок умеет открыть обычный шкаф, верхняя полка уже может быть недостаточной защитой. Особое внимание следует уделять лекарствам, которые регулярно принимают члены семьи. Именно фармацевтические препараты составляли большинство обращений по поводу отравлений среди детей с РАС [10].

По мере взросления одной физической защиты становится недостаточно. Нужно постепенно учить различать лекарства и продукты, соблюдать дозировку, не принимать чужие препараты и обращаться за помощью при ошибке.

Самостоятельный прием лекарств не появляется автоматически вместе с совершеннолетием. Это отдельный навык, который следует оценивать и формировать постепенно.

Коммуникация как часть безопасности

Навыки безопасности часто преподают как выполнение команд взрослого: «Стой», «Не трогай», «Не ходи туда». Но этого недостаточно. Человек должен не только остановиться по сигналу, но и сам сообщить, что произошло.

Для кого-то важным навыком станет способность назвать адрес и телефон. Другому понадобится карточка с контактными данными. Кто-то сможет нажать на коммуникаторе «больно», «помоги» или «я потерялся».

Рядом с водой и дорогой умение остановиться по сигналу может быть жизненно важным. Но не менее важно самостоятельно привлечь внимание взрослого.

Дорога и транспорт

Обучение безопасности на дороге должно соответствовать уровню самостоятельности. Сначала ребенок учится останавливаться перед краем тротуара и переходить дорогу со взрослым. Позже могут появиться маршруты до школы, общественный транспорт, самостоятельные прогулки и, для части взрослых, вождение автомобиля.

Здесь опасны любые крайности: и считать, что диагноз РАС автоматически исключает самостоятельное передвижение, и предполагать, что человеку с хорошими интеллектуальными и речевыми навыками специальное обучение не нужно.

Знать правило и применять его в реальной быстро меняющейся ситуации не всегда одно и то же. Маршруты лучше осваивать поэтапно: сначала вместе со взрослым, затем с наблюдением на расстоянии и только после этого самостоятельно, если навыки позволяют.

Медицинские факторы

Если человек внезапно начал чаще падать или получать травмы, это не следует автоматически объяснять аутизмом. Причиной могут быть эпилепсия, ухудшение зрения, головокружение, боль, мышечная слабость, нарушения сна, побочные эффекты лекарств или другое заболевание.

В таких случаях нужна медицинская оценка. Особенно важно учитывать препараты, которые могут влиять на внимание, скорость реакции, координацию или артериальное давление.

План на случай экстренной ситуации

Даже хорошо продуманная профилактика не исключает всех рисков. Поэтому важно заранее подумать, что делать, если срочно понадобится полиция, скорая помощь или спасательная служба.

В американском исследовании 2026 года, объединившем аутичных взрослых, семьи и представителей экстренных служб, авторы выделили несколько важных принципов. Специалистам нужно понимать особенности коммуникации и обработки сенсорной информации и умение адаптировать стандартные процедуры. При встрече с аутичным человеком необходимо уменьшать количество одновременно говорящих людей, и по возможности привлекать членов семьи или знакомых ребенка или взрослого [20].

В экстренной ситуации времени на длинные объяснения обычно нет и семье может быть полезно заранее подготовить короткую информацию о ребенке: особенности общения; как сообщает о боли; что может вызвать перегрузку; какие есть заболевания и какие лекарства принимает; с кем нужно связаться; что помогает ему успокоиться; куда он может направиться, если потерялся.